Посвящается памяти прадеда - нижнего чина Новогеоргиевской крепостной артиллерии...



Библиотека
Библиография
Источники
Фотографии
Карты, схемы
Штык и перо
Видеотека

Об авторе
Публикации
Творчество

Объявления
Контакты




Библиотека

Бирюк С. «За веру, царя и Отечество». 68-я пехотная дивизия в Первой мировой войне. [предоставлено автором]

  История второочередных дивизий Российской императорской армии в 1-й мировой войне практически не освещена в военно-исторической литературе. Однако тема эта интересна и весьма поучительна, в силу того, что они составляли треть пехотных дивизий, с которыми Российская Империя вступила в свою последнюю войну.
  К сожалению, способ пополнения и формирования второочередных дивизий, их боевая подготовка не соответствовали тем задачам, которые были с самого начала боевых действий возложены на них.
  В результате второочередные дивизии в большинстве случаев отличались в худшую сторону от кадровых дивизий. Одним из исключений была 68-я пехотная дивизия, развернутая в Пскове.

Рождение дивизии.

  В 1910 г. было принято решение об упразднении всех резервных и крепостных войск и направлении освободившегося личного состава на усиление пехотных полков. В среднем каждый полк получил до 20 офицеров и 380 солдат, в результате чего роты увеличились с 96 до 120 штыков. Одновременно была введена так называемая система «скрытых кадров», в соответствии, с которой при мобилизации второочередные части развертывались из заранее определенных пехотных полков и артиллерийских бригад. Скрытый кадр включал 19 офицеров и 262 нижних чина. Также была радикально изменена система комплектования частей, – с этого времени части пополнялись новобранцами из ближайших к местам дислокации уездов. При подобном развертывании 24-я пехотная дивизия при мобилизации должна была создать 68-ю пехотную дивизию второй очереди.
  Второочередная дивизия представляла собой весьма точный сколок со своей первоочередной, что вполне естественно: одна плоть, одна кровь, один дух. Она была как бы ухудшенным ее изданием, что тоже понятно: полки велись старшими штаб-офицерами, батальоны — ротными командирами, роты — младшими офицерами первоочередных полков, вынужденными приобретать под огнем не достававший им командный навык и опыт.
  В соответствии с мобилизационным расписанием 93-й Иркутский полк формировал 269-й Новоржевский, 94-й Енисейский – 270-й Гатчинский, 95-й Красноярский – 271-й Красносельский, 96-й Омский – 272-й Гдовский пехотные полки. Новые полки формировались в районе квартирования первоочередных и укомплектовывались запасными из близлежащих уездов. Так 269-й Новоржевский полк получил запасных из Новоржевского, Опочецкого, Островского и Себежского уездов. 270-й Гатчинский полк комплектовался из Псковского, Островского уездов, но основная масса запасных прибыла из Гатчинского уезда. Таким образом, в случае с 68-й пехотной дивизией ее полки получили наименования в соответствии с районами комплектования. Имена для их военнослужащих не были «пустым звуком, ничего не значащим звуком».
  Готовность частей к таким преобразованиям неоднократно проверялась. Так, осенью 1913 г. в 93-м пехотном Иркутском полку прошла проверка правильности составления соответствующих документов и наличия всех необходимых запасов. В феврале 1914 г. по высочайшему повелению в том же полку провели мобилизацию с призывом запасных и сформированием на несколько дней 269-го Новоржевского полка. Результаты получились хорошие…

Мобилизация.

  Вскоре новым полкам пришлось проявить себя. 15.6.1914 г. в боснийском городе Сараево от рук террористов погибли эрцгерцог Франц Фердинанд и его жена София Хотек. 10.7. 1914 г. австрийцы вручили сербам ультиматум. От Сербии требовали чистки офицеров и чиновников, замеченных в антиавстрийской пропаганде, ареста подозреваемых в содействии терроризму. Причем предусматривалось привлечение Австро-Венгрии в подавлении подрывных действий против себя и ее участие в расследовании на сербской территории.
  Принц-регент Сербии Александр обратился к императору Николаю II, указывая требования унизительны: “Мы не можем защититься сами. Поэтому умоляем Ваше Величество оказать нам помощь как можно скорее. Ваше Величество столько раз раньше уверяло в своей доброй воле, и мы надеемся, что это обращение найдет отклик в Вашем благородном славянском сердце”. Николай ответил: “Пока остается хоть малейшая надежда на избежание кровопролития, все мои усилия будут направлены к этой цели. Если же… мы ее не достигнем, Ваше Высочество может быть уверенным, что Россия ни в коем случае не окажется равнодушной к участи Сербии”.
  18 июля Российская Империя начала общую мобилизацию. В Пскове об этом узнали так. Вечером 17 июля 1914 г., полковой адъютант штабс-капитан А.И. Прокушинский занимался текущей работой. Около 9 вечера к нему прибежал дежурный и писарь и сказал: «Ваше Высокородь, начальник дивизии вызывает вас к телефону». Штабс-капитан поспешил к телефону и между ним и начальником 24-й пехотной дивизии генерал-лейтенантом Рещиковым состоялся следующий разговор: - «Вы узнаете меня по голосу?». – «так точно Ваше Превосходительство, узнаю». – «Передайте командующему полком, что Государь Император объявил всеобщую мобилизацию. Первым днем ее считать 18 июля».
  Чрезвычайно взволнованный штабс-капитан А. И. Прокушинский побежал на квартиру к Ю.Ю. Копытынскому командиру 93-го Иркутского полка. По вызову командующего полка в штабной канцелярии собрались все старшие офицеры. Были вскрыты мобилизационные пакеты, и с рассветом 18 июля началось выполнения мобилизационного плана. В этот день все чины первоочередных полков назначенные по мобилизационному плану во второочередные, сдали свои старые должности и приступили к выполнению новых.
  Начальником 68-й пехотной дивизии, стал генерал-майор А.Н. Апухтин, бывший командир 1-й бригады 24 пехотной дивизии. 269-й пехотный Новоржевский полк возглавил полковник Б.П. Филимонов из 93 Иркутского полка. 270-й пехотный Гатчинский полк- полковник Н. Г. Волков из 94 полка. 271-й пехотный Красносельский полк - полковник Берегов из 95 полка. 272-й пехотный Гдовский полк- полковник Н. Г. Александров из 96 полка. В новые полки были переведены: георгиевский кавалер участник обороны Порт-Артура капитан Э. К. Вильман, капитан В.П. Лоди, капитан И.А. Бороздич, подполковники А.И. Антоновский, А.К. Крейцберг, капитан Р.Ю. Зметков, штабс-капитаны В.К. Мокриевич, И.Ф. Маньковский, А.Ф. Повелейт, поручики Е.В. Швиндт, Б.А. Цветницкий, подпоручик Б.А. Мейснер и многие другие…
  Работа кипела. Все делалось с необычайным подъемом, дружно, радостно. Своими размерами было превзойдено воодушевление 1877 г., связанное с событиями Русско-турецкой войны. Запасные толпами спешили на явочные пункты. Количество прибывших на сборные пункты превзошло запланированную цифру на 15%. Было множество добровольцев. В пулеметную команду 272-го Гдовского полка был записан сын чиновника Борис Волкович-Квятковский, в 10-ю роту мещанин Борис Пикалев, в 13-ю роту – потомственный дворянин Псковской губернии Ромуальд Яроцкий.
  На свое формирование 68-я пехотная дивизия получила только 10 дней: с 18 по 27 июля. Другие второочередные дивизии Петербургского военного округа получили больше времени, например 67-я пехотная 16 дней. Вызвано это было тем, что 68-я пехотная дивизия назначалась к походу в Пруссию. Другие же дивизии оставались на защите Петербурга.
  На второй день мобилизации начали прибывать запасные. В последующие дни число их быстро возрастало, 23 и 25 июля прибыло наибольшее число запасных. Командир 269-го пехотного полка Б. П. Филимонов, сопровождаемый офицерами и унтер-офицерами, обходил запасных, распределяя их по ротам. Запасные были преимущественно «земляками» и поэтому их водили в роты по «земляческому принципу». Это позволяло в значительной мере усилить спайку и боевой дух ново сформированных частей.
  К 28 июля 68-я пехотная дивизия была сформирована. К начальнику дивизии генерал-майору А.Н. Апухтину с посланием обратился Губернский предводитель дворянства С. Зубчанинов. В послании говорилось: «Долгой дружбой сроднясь со славной 24-й Шипкинской дивизией, псковское дворянство с восторгом приветствует из недр ее возрождающуюся наследницу ея славы и воинской доблести 68-ю пехотную дивизию, который свыше предопределено защитить достоинство России на Западе с тем же героизмом и самопожертвованием, с коим многие чины ее во главе с доблестным начальством защищали на Дальнем Востоке славу Отечества. От имени Псковского дворянства прошу принять в напутствие, охрану и благословение вверенной Вашему Превосходительству дивизии сию икону Светлого князя Довмонта Псковского, тридцать три года несокрушимо отражавшего яростный натиск врагов от стен древнего нашего Пскова».
  Утром 1 августа на железнодорожной станции Псков вторая началась погрузка 269-го Новоржевского полка в эшелоны. Начинался боевой путь 68 пехотной дивизии.

Первый год войны.

  В начале августа 68-я пехотная дивизия прибыла в г. Усть-Двинск, где занималась боевой подготовкой. На фронте тем временем складывалась тяжелая обстановка. Поход в Восточную Пруссия завершился разгромом 2-й русской армии генерала А.В. Самсонова. Разгромив армию А.В. Самсонова немцы перенесли свои усилия на фронт 1-й армии генерала П.К. Реннекампфа. Для прикрытия крайнего правого фланга армии П. К. Реннекампфа к г. Тильзит был, выдвинут отряд из состава 68 пехотной дивизии . 26 августа отряд в составе 270-го пехотного Гатчинского полка, дивизиона легких орудий и нескольких сотен пограничной стражи прибыл к г. Тильзит. Отряд получил наступательную задачу в западном направлении. Тем временем остальные части 1-й армии начали отходить. С начала их отхода Гатчинский пехотный полк, вследствие плохой связи, ничего не знал об обстановке на фронте армии, перешел в наступление, был окружен по частям 30 и 31 августа, взят в плен. Спаслись лишь немногие.
  Следующие тяжкие испытания на долю полков 68-й пехотной дивизии выпали в начале 1915 г. В январе 1915 г. немцы начали так называемую «Зимнюю битву в Мазурии». Они запланировали ударами по сходящимся направлениям окружить и разгромить русский Северо-Западный фронт. В этом сражении участвовала 2-я бригада 68-й пехотной дивизии в составе 271-го Красносельского и 272-го Гдовского пехотных полков под командованием Н.Г. Александрова. 28 января бригада вошла в состав 3 армейского корпуса генерала Епанчина, причем только прибывший батальон 68-й дивизии прямо с эшелонов был направлен в бой у Вильковишек. Затем 30 января вся бригада сосредоточилась на Козлово-Рудской позиции. Причем командир 3 армейского корпуса докладывал что: „ Бригаду 68 дивизии предполагаю высаживать в Пильвишки с тем, чтобы двинуть по северному берегу Шешупы во фланг противнику, который, по-видимому , собирается делать глубокий обход, но так как бригада пребывает без патронов, то это дело придется организовать“.
  Патроны бригада получила… В боях на Козлово-Рудской позиции отличился поручик 272-го Гдовского полка Е.В. Швиндт. Как сообщала газета «Псковская жизнь», вытащив пулемет из окопа поручик поднялся с ним на чердак дома, и стал метко обстреливать немцев. Немцы открыли ответный огонь, только получив два ранения, Швиндт прекратил огонь. В этих боях 272-й Гдовский полк понес жестокие потери, но доблестно отбивался от немцев. Ряд офицеров полка был посмертно награжден орденом Святого Георгия 4 степени и Георгиевским оружием.
  1-я бригада 68-й пехотной дивизии под командованием начальника дивизии Апухтина была выдвинута на правый берег Немана к Таурогену. Она прикрывала северный фланг 10-й армии, но была подчинена начальнику Двинского военного округа.
  В марте 1915 г. 1-я бригада 68-я пехотной дивизии участвовала в новом походе в Восточную Пруссию. Бригада получила приказ наступать в направлении на Тильзит. 1 марта Новоржевский и Гатчинский полки выступили в поход и 2 марта подошли к местечку Тауроген близ немецкой границы.
  Наступление происходило следующим образом: 270-й Гатчинский полк должен был обойти Тауроген с правого фланга и выйти немцам в тыл, 269-й Новоржевский полк должен был наступать на Тауроген в лоб по шоссе.
  3 марта новоржевцы пошли в атаку. Позиции немцем были сильно укреплены, прикрыты проволочными заграждениями. На позициях было развернуто значительное число пулеметов. Две легкие батареи 68-й артиллерийской бригады активно поддерживали наступление новоржевцев, но подавить пулеметы и разрушить проволочные заграждения не смогли. Командир Новоржевского полка, полковник Филимонов, был против лобового штурма. Однако начальник дивизии генерал Апухтин требовал именного такого образа действий.
  3-й батальон атаковавший первым, подвергся массированному обстрелу, 4-й батальон идя уступом за левым флангом начал выдвигаться на подмогу. 1-й и 2-й батальоны наступали западнее шоссе.
  Подойдя к проволочным заграждениям 3-й и 4-й батальоны бросились в атаку но под сильным огнем залегли. Потери в батальонах были значительны. Командир 3-го батальона капитан Затеплинский был смертельно ранен. Командир 4-го батальона капитан Питка получил тяжелое ранение. Во главе батальонов встали командиры рот: поручик Домброво принявший 4-й батальон был тут же ранен, его заменил поручик Осипов…
  Бой шел по всему фронту, отсутствие тяжелой артиллерии не позволило добиться успеха. Однако штаб дивизии требовал продолжать атаки, напрасно полковник Филимонов просил отвести батальоны, чтобы прекратить бессмысленное их истребление. Полк продолжал вести бой, осколком тяжелого снаряда был контужен Филимонов.
  Наконец был получен приказ отступать, цепи медленно отошли и заняли исходные позиции перед Таурогеном. 5 марта полк вновь перешел в атаку на Тауроген. К этому времени немцы были обойдены Гатчинским полком и не стали ввязываться в бой, а спешили отступить из мешка.
  В течение нескольких дней Новоржевский и Гатчинский полки преследовали немцев на территории Восточной Пруссии. Через несколько дней немцы собравшись с илами начали контратаки. В течении трех суток русские полки вели непрерывный бой. Части не получали горячей пищи так как немцы артиллерийским огнем обстреливали тылы. Только ночью можно было доставить боеприпасы и хлеб.
  В ночь с 13 на 14 марта бригада получила приказ отходить. Рота 269-го пехотного Новоржевского полка прапорщика Федуленко оказалась последней русской частью ушедшей с германской территории в войну 1914-17 гг.
  Полки 68-й пехотной дивизии были отведены на отдых в г. Скадвили. Однако отдых был прерван наступлением 6 немецких дивизий в середине апреля. Полки 1-й бригады стойко отражали превосходящие силы немцев. 14 апреля Скадвили был оставлен, в арьергарде двигался 269-й Новоржевский полк. 17 апреля полки вели бой у Шавли (Шауляй), немцам удалось окружить их. Только обозы и штаб дивизии смогли утром проскочить к Митаве.
  269-й и 270-й полки 1-й дивизион 68-й, артиллерийской бригады пошли на прорыв, для их прикрытия на месте остался 4-й батальон Новоржевского полка, насчитывавший не более 600 человек. Обстоятельства сложились так что батальон оказался окружен немецкой кавалерией и отрезан от главных сил. Несколько раз немецкая кавалериия пыталась атаковать Новоржевцев в конном строю но была отбита. В ходе боев к Новоржевцам присоединился батальон Гатчинского полка. В течение четырех суток этот сводный отряд под командованием капитана Питка пробивался из окружения, от усталости и голода люди падали и засыпали мертвым сном. Отражая непрерывные атаки немцев, отряд расстрелял все боеприпасы, на третью ночь бой велся только штыками. 22 апреля отряд вышел к реке Западная Двина, где присоединился к дивизии. Остальные батальоны Новоржевского и Гатчинского полков под командованием полковника Филимонова во время эпопеи отряда капитана Питка сражались у д. Янишки. Немцы засев в каменных домах ожесточенно обстреливали русских из пулеметов и винтовок. Артиллеристы 68 артиллерийской бригады с помощью пехоты подкатывали орудия на прямую наводку и разбивали эти дома огнем. Пехота штыками и прикладами доканчивала дело. Ожесточение было с обеих сторон…

Сморгонь.

  В июле 1915 г. полки участвовали в ожесточенных боях на реке Нарев. В этих боях 68 дивизия понесла жестокие потери. Новоржевский полк потерял три четверти личного состава. Из оставшихся был создан один сводных батальон под командованием подпоручика Первышина, ротами командовали прапорщики. В августе прибыло пополнение, из него был создан 2 батальон. Фельдфебели и унтер-офицеры для него были выделены из сводного батальона, ставшего первым. Командование ротами также приняли прапорщики, одно время батальоном командовал прапорщик Федуленко.
  30 августа началось Виленское сражение. Х германская армия генерала Эйхгорна ударом на стык между 5-й и 10-й армиями прорвала наш фронт у Новосвенцян. Собранная на ударном левом фланге Х германской армии конная группа генерала фон Гарнье (5 кавалерийских дивизий) бросилась от Свенцян в тыл русским армиям. Этот «свенцянский прорыв» побудил левое крыло 5-й армии к поспешному отходу на Двину. Разгромив тылы III корпуса, фон Гарнье устремился в тыл 10-й армии и произвел здесь большой переполох. 2 сентября германская кавалерия захватила Сморгонь, где спешилась и стала укрепляться. На поддержку ее германское командование направило пехоту.
  В этой обстановке Штаб Верховного Главнокомандующего создал новую, 2-ю армию, из пяти пехотных корпусов  (26-й, 27-й, 29-й, 36-й и 4-й  Сибирский  армейские  корпуса) и кавалерийского корпуса генерала В. Орановского.
  68-я пехотная дивизия вместе с 25-й пехотной дивизией вошла в состав 36-го армейского корпуса генерал-лейтенанта Н. Н. Короткевича. Корпус получил приказ выбить немцев из Сморгони. На момент получения приказа корпус находился в 100 км. западней Сморгони. Полки 68-й пехотной дивизии двигались прямо на восток. Никто не знал, куда и зачем они идут. Молодежь острила, говоря, что «идем в Москву на пополнение». Дивизия насчитывала всего 4900 штыков, 12 пулеметов и 18 орудий...
  5 сентября разведка дивизии встретила немецкую кавалерию. 269-й Новоржевский полк шел в голове колонны дивизии, и роты 1-го батальона подпоручика Николая Первышина немедленно рассыпались в цепь, завязалась скорая перестрелка, а затем и мелкие стычки.
  6 сентября 68-я пехотная дивизия заняла позиции в 10 км от Сморгони. Вечером Первышина вызвал командир полка, он сказал: «Начальник дивизии приказал завтра на рассвете атаковать и взять любой ценой Сморгонь. Успех этой операции даст возможность частям нашей 10-й армии и Гвардейскому корпусу, оставившим Вильно, выйти из тяжелого положения…На эту боевую задачу назначаю вас с вашим батальоном, о чем я уже донес начальнику дивизии. Он одобрил мой выбор и ждет от вас подвига и боевых успехов». Первышин ответил: «Завтра Сморгонь будет взята».
  В 7 утра 7 сентября подпоручик Первышин повел 1 батальон со словами: «Батальон, за мной, вперед!».   На правом фланге шла 3-я рота прапорщика Савицкого, в центре - 2-я прапорщика Федуленко, на левом фланге - 1-я прапорщика Денисова. 4-я рота прапорщика Бирка бывшая в резерве шла позади.
  Несмотря на огонь германской артиллерии и егерей Новоржевцы ворвались в город. Завязался штыковой бой. Первышин видел, как прапорщик Денисов сверкал шашкой уже в неприятельских окопах. Справа прапорщик Федуленко рубил не менее лихо... Не отставали и солдаты. Немцы поднимали руки и сдавались в плен. Но их не замечали. Нужно было скорее ворваться в город, чтобы там между зданиями найти укрытие от немецких тяжелых снарядов. Некоторые из сдавшихся немцев, увидев, что русские ушли вперед, снова брали в руки оружие и стреляли им в спину. Но уже подоспела 3-я рота прапорщика Савицкого и приканчивала таких «голубчиков» штыками.
  2-й конно-егерский батальон немцев был почти полностью уничтожен. В плен было захвачено несколько сотен егерей, 8 офицеров и 9 пулеметов. 7 пленных, 147 солдат, один пулемет и множество зарядных ящиков и повозок захватил 1 батальон Новоржевского полка.
  На сборный пункт подъехал командир полка. Генерал поздравил батальон с победой, остался доволен, что потери были небольшими, и приказал представить наиболее отличившихся солдат к награждению Георгиевскими крестами. После боев за Сморгонь в составе 68-й дивизии осталось 3375 штыков, 11 пулеметов и 18 орудий.
  Попытка немцев окружить 10-ю армию русских окончилась неудачей. Наступление привело к некоторому выигрышу территории, заставив русские армии отойти на линию река Западная Двина, Двинск, Вилейка, Барановичи, Пинск, где фронт стабилизировался.

Нарочская операция.

  В начале 1916 г. 68-я пехотная дивизия приняла участие в Нарочской операции 5 – 16 марта. Проведение операции было вызвано стремлением облегчить положение французов в районе Вердена. Французы полагали, что наступление на Верден являлось началом решительных операций противника на их фронте. Важно было, чтобы союзники активными действиями на своих фронтах сковали силы неприятеля, лишили его свободы маневрирования. Особое значение имело наступление на русском фронте. В телеграмме Жоффра, которую дословно приводил в своем письме генерал По, говорилось: “В предвидении развития, вполне в настоящее время вероятного, германских операций на нашем фронте и на основании постановлений совещания в Шантильи, я прошу, чтобы русская армия безотлагательно приступила к подготовке наступления, предусмотренного этим совещанием”.
  Русское командование решило до начала общего наступления армий Антанты, намеченного на май 1916 г., провести в марте наступательную операцию на северном крыле фронта. 11 февраля в Ставке состоялось совещание по оперативным вопросам. На нем было намечено перейти в решительное наступление, собрав в точке удара возможно большие силы. 3 марта Алексеев отдал директиву о переходе в наступление. Общей целью действий войск в операции ставилось достижение линии Митава, Бауск, Вилькомир, Вильна, Делятичи. Главные удары наносились: Северным фронтом из района Якобштадта в направлении на Поневеж, Западным фронтом — войсками 2-й армии на Свенцяны, Вилькомир. 68-я пехотная дивизия вместе 25-й пехотной дивизией входила в состава 36-го армейского корпуса 2-й армии Западного фронта.
  К моменту перехода дивизия была пополнена людьми до полного штатного состава. Однако, как и другие части испытывала: «настоятельную нужду в тяжелом шанцевом инструменте - в кирко-мотыгах и, особенно, ломах". Еще больший недостаток, чем в шанцевом инструменте, части испытывали в винтовках: в 36 армейском корпусе не хватало 2819 винтовок. Большие недостатки были в снабжении обмундировании: "Теплой одеждой войска, вообще, обеспечены, - докладывал генерал Кондратович, - но в частях 36-го корпуса телогрейки еще не получены, что недопустимо; сапоги повсюду плохи и много маломерных. Бельем люди обеспечены слабо". По свидетельству Кондратовича: «Изо дня в день части питаются одним супом; каша не варится, так как нет масла и сала. Отпускаемая частям крупа закладывается в суп».
  Рядовой Новоржевского полка Маркел Максимов воспоминал: «расположенным рядом с нами Гатчинским полком. В этом полку царил хаос. Солдаты были совершенно голодные, кормили плохо, и они часто к нам ходили за хлебом и показывали нам их суп и кашу. Совершенно суп постный, каша гречневая без масла, хлеб давали на 16 человек 8-ми фунтовую буханку – так их готовили к наступлению. Это просто мы были очевидцами, а за день до наступления снабдили их всеми продуктами. Дали хлеба по две буханки, консервы, масло и нагроможденные как верблюды солдаты должны были идти в наступление».
  Однако настроение бойцов было высокое; все с нетерпением ждали часа атаки, которая была назначена на 12 часов 5 марта, и с полной решимостью готовы были броситься вперед на штурм неприятельской оборонительной полосы.
  Еще с 7 утра заговорил «бог войны» – русская артиллерия. Интенсивность огневой подготовки была неожиданно высокой даже для русских войск. По мнению немецких военных масштабы артподготовки были беспрецедентны для Восточного фронта.
  К 12 часам напряжение атакующих достигло высшей точки. Приближалась ответственная, решительная минута. Однако поступил приказ: повременить с атакой. Командующий группировки генерал Балуев требовал непременного перехода в атаку всех частей одновременно, а одна из частей 68-й дивизии была не готова к атаке.
  Потянулись тягостные минуты ожидания. Напряжение перед атакой стало сменяться чувством усталости. Созданный было подъем настроения начал переходить в равнодушие и даже страх перед неизвестностью, которая остановила атаку. Может быть, атаки не будет совсем? Может быть, ее заставят производить в такой момент, когда нужного подъема для атаки уже не будет? Три часа пехотинцы находились в тягостном состоянии. Нервы у многих не выдержали. Пошли разговоры о предательстве и измене. Готовность атаковать сменилась боязнью смерти, страхом перед неизвестностью...
  В этот момент дан был сигнал атаки для 68-й дивизии. Она наступала 269-м Новоржевским полком в обход оз. Вишневского справа. Атака полка была остановлена массированным артиллерийским огнем немецкой артиллерии. Маркел Максимов вспоминал: «Ну что же получилось – солдаты наши вышли из окопов, и вот тут-то и началось теперь с его стороны, а то он все молчал. Только солдаты вышли из окопов, он начал бить со всех родов оружия. Запасные полки начали выходить из окопов и не успеют добежать до горки к искусственным защитам, он дает очереди из пулеметов и орудий, части назад. Здесь кричат в окопе наши офицеры: - «Давай помощи!» А помощь никак не может перейти бугорок расположенный за нашим окопом, уже весь бугор завален трупами и впереди одни трупы».
  В ответ по немецкой артиллерии, был сосредоточен огонь тяжелой артиллерии 36-го армейского корпуса. Однако немцы меняли свои позиции, и каждый раз, когда Новоржевцы пытались наступать, он вновь и вновь останавливался огнем артиллерии противника из-за оз. Вишневского. Полк не в состоянии был наступать и залег. Остальные же полки 68-й дивизии в этот день совсем не участвовали в наступлении: 271-й Красносельский полк имел пассивную задачу наблюдения за р. Спяглинкой; 270-й Гатчинский и 272-й Гдовский полки находились в резерве. По воспоминаниям Маркела Максимова: «Итак, подготовленная атака наших частей сорвалась, никаких результатов наше командование не добилось. Части, кои подползли к проволочным заграждениям частью погибли, частью остались лежать под проволочным заграждением и они там лежали двое суток после наступательных дней. Назад отступать нельзя и вперед идти некуда, и никто их там не заменяет, другие сменные командиры говорят: - «Либо назад отойдите, либо займите немецкие окопы, тогда вас сменим». И так из наших частей больше всех пострадал рядом стоящий с нами полк, кажется гатчинский 270-й пехотный полк».
  6 и 7 марта части 68-й пехотной дивизии вели вялую перестрелку с противником. 8 марта дивизия получила вспомогательную задачу содействовать наступлению 25-й пехотной дивизии. Попытка 269-го Новоржевского полка наступать была встречена сильным огнем со стороны противника. Полк залег в ожидании, когда продвинется сосед справа - 25-я дивизия. Однако продвижение 25-й пехотной было незначительным, и Новоржевцы остались на прежнем месте. Тем более, что все огневые средства 36-го армейского корпуса были сосредоточены по участку наступления 25-и дивизии, и 68-й приходилось наступать без артиллерийской поддержки. Однако атаки повторялись вновь и вновь. По свидетельству немецкого генерала М. Гоффмана: «С 18(5) по 21(8) марта и затем еще раз 26(13) длились пехотные атаки, веденные, как всегда, смело и настойчиво, несмотря на тяжелые потери. Между обоими озерами (Вишневским и Нарочским) был, к сожалению, опрокинут один баденский резервный полк; временно на этом участке положение было критическое, но затем 10-й армии удалось перехватите прорыв и остановить его. Все прочие атаки были отражены с тягчайшими для русских потерями». Потери частей 36 армейского корпуса достигли 30 % от первоначального состава…
  Не смотря на неудачи боевой дух войск, был высок. В письмах родным, например рядовой 9-й роты 269-го Новоржевского полка Арбузов писал: «Нам не страшна смерть, и мы будем храбро сражаться за веру, царя и отечество». В письме рядового 11-й роты Гатчинского полка Александра Боронова: «Обо мне не тужите, в окопах жить хорошо, это вас там только дома страшат окопы, а в окопах жить все равно, что дома. Молитесь больше, но не тужите. Хотя бы мне пришлось умереть, но умру за веру, царя и отечество».
  Операция не привела к успеху. Однако наступление имело и свои положительные стороны, оказав известное влияние на ход борьбы на западноевропейском театре, оно вынудило германское командование перебросить сюда свыше четырех дивизий. Это была существенная помощь французам. Атаки германцев на Верден были временно прекращены.
  Осенью 1916 г. 68 пехотная дивизия убыла на Румынский фронт…

Конец пути.

  Как уже говорилось выше, боевой дух солдат был высок. По данным цензуры просматривающей письма настроение распределялось: 2,15 % угнетенное; 30,25 % бодрое; 67,60% - уравновешенное, но содержащее веру в успех армии. Напротив генералитет был в угнетенном состоянии. Нарочская неудача катастрофически повлияла на обоих главнокомандующих — Куропаткина и Эверта. Они совершенно пали духом, и всякое наступление стало им казаться немыслимым. В конце концов, генералитет взвалил все «грехи» на Николая II заставив его отречься от престола.
  Реакция войск на отречение Николая II была следующей. Только на Балтфлоте это сообщение было встречено “восторженно”. На Северном фронте — “сдержанно и спокойно”, многие “с грустью и сожалением”. На Западном — “спокойно, серьезно, многие с сожалением и огорчением”. На Юго-Западном — “спокойно, с сознанием важности переживаемого момента”. На Румынском отречение произвело “тягостное впечатление”. Люди “преклонялись перед высоким патриотизмом и самопожертвованием государя, выразившемся в акте отречения”. То же самое было на Кавказском фронте и Черноморском флоте. Отречение царя серьезно пошатнуло веру солдат в офицеров. Масло в огонь подлило издание Петроградским советом рабочих и депутатов приказа №1, а затем и подтвердившая его правительственная “Декларация прав солдата”, внедрявшие коллегиальное командование, выборность должностей, всевозможные комитеты, отменявшие дисциплину и чинопочитание…
  В июне 1917 г. командование Гдовского полка сообщало о случаях братания между русскими и немецкими солдатами. После Октябрьской революции начались избиения офицеров. 27 октября 1917 г. нижние чины Гдовского полка избили командира 1-го батальона капитана Р.Ю. Зметкова, поводом послужило его требование службы в соответствии с уставом.
  Офицер подал прошение об отставке. В нем говорилось: «Достаточно того, что я с первого дня войны рискую своей жизнью, непрерывно все 39 месяцев находясь в строю. Мне никогда не было жаль потерять ее от вражеской пули, но потерять ее от бессмысленной, жестокой и дикой толпы людей одетых в серые шинели, которых называют теперь солдатами, - я просто не хочу, довольно издевательства, довольно муки. Ради идеи можно жертвовать многим, но ради прихоти жестокой толпы, ради ея жестоких инстинктов – никогда. Довольно с того, что все семь месяцев революции, командуя батальоном и вечно сидя на бочке с порохом, я не отказывался от службы и продолжал ее нести… и честно нес ее раньше».
  В начале ноября 1917 г. командование опросило офицеров 68-й пехотной дивизии о намерениях служить. В 272-м Гдовском полку из 67 человек командного состава 35 офицеров решительно отказались продолжать служить. Среди решивших остаться на службе были кадровые офицеры до войны служившие в 96-м Омском полку: полковники В. К. Мокриевич и В. Х. Екимов, остался на службе и капитан Р.Ю. Зметков…
  13 ноября 1917 г. командиры полков стали сдавать их в "в распоряжение корпусного революционного комитета". Назначались ликвидационные комиссии по упразднению полков и в течение января-февраля 1918 г. полки были расформированы.
  Полки 68-й пехотной дивизии не пережили крушения Российской империи. Но до Февральской революции 1917 г. личный состав стойко сражался на фронте. Начав боевой путь в Восточной Пруссии полки дивизии, стойко сражались на берегах Нарева, освобождали Сморгонь, упорно поднимались в атаки у озера Нарочь. Два уроженца Псковской губернии стали полными Георгиевскими кавалерами: Алексеев Андрей Арсентьевич – воевавший в составе 269-го пехотного Новоржевского полка и Михайлов Николай Михайлович, – воевавший в рядах 271-го пехотного Красносельского полка. 16 офицеров полков дивизии и 68-й артиллерийской бригады были награждены орденом Святого Георгия 4 степени, 40 офицеров удостоены Георгиевского Оружия. Доблесть полков 68-й пехотной дивизии не должна быть потеряна для народной памяти…

Литература:

  •  Алфавитный список кавалеров ордена Св. Георгия и Георгиевского оружия,
      награжденных за отличия в период Первой мировой войны 1914-1918 гг.
    РГВИА. Ф.400.
      Оп.12. Д.26997. Л.177-179 (1915). Цит. по: Военный орден Святого Великомученика и   Победоносца Георгия. М., 2004.
  •  Евсеев Н. Свенцянский прорыв (1915 г.). М., 1936.
  •  Каменский (Супигус) М.П. Гибель ХХ корпуса 8/21 февраля 1915 года. (По архивным
      материалам штаба 10 армии)
    . Петербург, 1921.
  •  Керсновский А.А. История Русской армии. М., 1994.
  •  Коленковский А. Зимняя операция в Восточной Пруссии в 1915 г. М.; Л., 1927.
  •  Кочубей В. Русские второочередные дивизии в войну 1914-1917 г.г. // Военная быль. 1960.   №44. С.15-16.
  •  Михайлов А.А. Обаяние мундира. Псков, 2004.
  •  Первышин Н.А. Записки полковника Первышина о 269 пехотном Новоржевском полку //   Военная быль. 1952. №1. С.35-43.
  •  Подорожный Н.Е. Нарочская операция в марте 1916 г. на русском фронте мировой   войны. М., 1938.
  •  Федуленко В.В. Краткий очерк о формировании второочередных полков Русской   императорской армии // Военная быль. 1963. №62. С.42-44.
  •  Федуленко В.В. Воспоминания г.г. офицеров 269-го пехотного Новоржевского полка.   Река Нарев, г. Гродно и г. Сморгонь // Военная быль. 1961. №51. С.31-33.
  •  Федуленко В.В. Наступление германцев на Литву и Курляндию в апреле 1915 г. //   Военная быль. 1957. №23. С.21-22.
  •  Федуленко В.В. Наступление 1-й бригады 68-й пехотной дивизии в Восточную Пруссию в   марте 1915 г. // Военная быль. 1958. №28. С.21-22.
  •  РГВИА. Фонд 2000. Опись 3. Дело 1121 – Главного управления Генерального штаба «Дело    1913 г. по описи № 25 Мобилизационный отдел. 4-е отделение. Особый стол. Об   установлении районов комплектования новобранцами армии, флота и пограничной   стражи. 18.2.1913 г.-10.3.1914 г.» 74 л.
  •  Воспоминания Маркела Михайловича Максимова.


Разработка и дизайн: Бахурин Юрий © 2009
Все права защищены. Копирование материалов сайта без разрешения администрации запрещено.
Я брал купить ворота гаражные в ur-master.ru в Екатеринбурге. . у sdc-auto.ru есть грузовой сервис в Екатеринбурге.