Посвящается памяти прадеда - нижнего чина Новогеоргиевской крепостной артиллерии...



Библиотека
Библиография
Источники
Фотографии
Карты, схемы
Штык и перо
Видеотека

Об авторе
Публикации
Творчество

Объявления
Контакты




Библиотека

Мартиросян Д.Г. Саракамышская операция (12-24 декабря 1914 г.)
// Военно-исторические исследования в Поволжье. Выпуск 7. Саратов, 2006. С.55-65.

  В отечественной и зарубежной военно-исторической литературе немало исследований посвящено боевым действиям на Кавказском фронте Первой мировой войны (ноябрь 1914-октябрь 1917). Не все авторы солидарны во взглядах при оценке тех или иных событий происходивших на данном театре боевых действий. Особенно ожесточённые споры вызвала у исследователей трактовка ряда ключевых моментов Сарыкамышской операции (12-24 декабря 1914 г.), ставшей одной из наиболее ярких и успешных в истории Первой мировой войны. Основным, до сих пор не получившим однозначного ответа в отечественной военно-исторической науке, является вопрос о том, кого же считать главным творцом сарыкамышской «виктории». Спор привёл исследователей к двум диаметрально противоположным выводам.
  Одна часть историков, состоит из сторонников официально признанной и со временем устоявшейся точки зрения о том, что основной вклад в победу внёс благодаря своей решительности и храбрости генерал-лейтенант Н.Н. Юденич. К числу приверженцев этой позиции относятся: генерал-квартирмейстер штаба Кавказского фронта Е.В. Масловский{1}, Н.Г. Корсун{2} – подполковник царской армии, служивший во время войны на Кавказском фронте, штабс-капитан Генерального штаба К.З. Ахаткин{3}, начальник штаба Кавказской армии и Кавказского фронта, генерал П.А. Томилов{4}.
  Их оппоненты, не отрицая значительного вклада генерала Юденича в общий успех Сарыкамышской операции, тем не менее, придерживались иной точки зрения. По их мнению, в силу ряда субъективных обстоятельств был не заслуженно лишён почестей и славы победителя командир 1-го Кавказского армейского корпуса – генерал Г.Э. Берхман. С подобной трактовкой событий выступали бывший Генерального штаба В.П. Никольский{5} и вдова генерала Берхмана генерал-майор – Е.В. Берхман{6}.
  Для того чтобы объективно разобраться в ситуации, необходимо восстановить хронологию исследуемых событий.
  После того, как в течение 16 и 17 октября 1917 г.7 турецкий флот под командованием немецкого адмирала Сушона без объявления войны подверг обстрелу российские черноморские порты: Одессу, Севастополь, Феодосию и Новороссийск, части Кавказской отдельной армии получили приказ перейти границу и атаковать турецкие войска.
  Первые бои на Кавказском фронте начались в ночь на 20 октября 1914 г., после перехода границы частями Ольтинского, Сарыкамышского и Эриванского отрядов{8}. На главном – Эрзерумском направлении, полки 39-й пех. дивизии и 2-й бригады 20-й пех. дивизии (Сарыкамышский отряд) быстро продвигались вперёд, встречая, лишь слабое сопротивление пограничных частей противника. С армейскими частями турок полки Сарыкамышского отряда столкнулись лишь 24 октября 1914 г. в районе селения Кёприкёй9. В воспоминаниях командира 155-го Кубинского пех. полка этот первый серьёзный бой описан следующим образом: «Около 3 часов дня в районе долины Аракса началась стрельба ружейная, а затем пулемётная и орудийная. Это вступили в бой двигавшиеся на левом фланге всей пехоты уступом вперёд бакинцы (153-й Бакинский пех. полк – Авт.). Интенсивность огня всё увеличивалась, указывая, что встречено сопротивление уже не мелких
[55]
частей. Все полки развернулись в боевой порядок и начали наступление на позиции противника»{10}. Успеху этого боя способствовала грамотно организованная командиром 153-го Бакинского пех. полка разведка, заблаговременно обнаружившая противника. Данный факт подтверждается начальником штаба 3-й турецкой армии, отметившим, что: «...обе дивизии (18-я и 33-я пех. дивизии – Авт.) XI армейского корпуса шли без должного охранения, даже не возглавляемые начальниками, в результате чего попали внезапно под обстрел противника, вызвавшего замешательство и отступление»{11}.
  В ночь на 25 октября 1914 г. турки на всём протяжении фронта отошли, кроме участка 153-го Бакинского пех. полка, где упорный бой продолжался до утра, завершившись взятием селения Кёприкёй и стратегически важного моста через реку Аракс.
  С утра 25 октября 1914 г., наступление продолжилось силами пяти батальонов{12}, под командованием полковника Трескина. Этому сборному отряду было поручено овладеть Падыжванскими высотами, находившимися в 4-5 км от Кёприкёя и возвышавшимися над центром и правым флангом расположения 1-го Кавказского корпуса. В ходе двухдневных боёв данные части, несмотря на все усилия так и не смогли выполнить поставленную командованием задачу и в ночь на 27 октября 1914 г. отошли на исходные позиции у сел. Кёприкёй{13}.
  Причиной неудачного исхода этого боя, стало изменение соотношения сил. К 25 октября 1914 г., противник успел сосредоточить в данном районе четыре дивизии – 28-ю и 29-ю пех. дивизии IX корпуса и 18-ю и 33-ю пех. дивизии XI корпуса. Всего порядка 40-42 тыс. человек. Именно эти дивизии с 26 октября 1914 г. перешли в наступлении на Кёприкёй{14}.
  По этому поводу кавказский наместник Воронцов-Дашков телеграфировал в Ставку: «С рассветом 26 октября вновь разгорелся горячий бой из-за обладания Кеприкейской позицией. Турки ввели в дело части 9-го и 11-го корпусов, подкрепленные из гарнизона Эрзерума.... Особой энергией, отличались атаки к северу от Кеприкея, где турки после полудня подкрепили атакующие части целой свежей дивизией. Войска ведут себя доблестно и до 9 часов вечера мы удержали всё захваченное за собой»{15}.
  Несмотря на обнадёживающий тон данной телеграммы, 29 октября 1914 года под давлением энергично наступавших турок сел. Кёприкёй было оставлено. Добившись этого крупного успех, противник не ослаблял натиска и вплоть до 3 ноября 1914 г. продолжал теснить части Сарыкамышского отряда. Остановить дальнейшее продвижение противника удалось лишь у сёл Агверан и Зивин (неподалёку от города Караургана), где к тому времени успели сосредоточиться части 2-го Туркестанского корпуса (резерв армии) и 1-я Кубанская пластунская бригада. Боевые действия уже с меньшей интенсивностью, продолжались вплоть до 8 ноября 1914 г., после чего на данном участке наступило затишье{16}.
  По турецким данным, потери за время боёв на Эрзерумском направлении составили около 7 тыс. человек убитыми и ранеными{17}. Потери русских войск оценивались в 6 тыс. человек убитыми и ранеными{18}.
  В эти дни русские части на других направлениях действовали фактически самостоятельно. Ольтинский отряд генерала Истомина в первые дни наступления оттеснил пограничные посты турок и без боя 20 октября 1914 г., занял селение Ид. Во время наступления Сарыкамышского отряда в Пассинской долине, генерал Истомин попытался 26-27 октября 1914 г., фланговым манёвром оказать содействие вышеупомянутому отряду полковника Трескина, однако, столкнувшись с крупными частями противника, был вынужден отойти к селению Ид. В дальнейшем, вплоть
[56]
до декабря 1914 г., столкновения на данном участке полностью прекратились (не считая ряда скоротечных стычек){19}.
  Эриванский отряд, также в соответствии с общим приказом в ночь на 20 октября 1914 г., перешёл границу и через Чингильский перевал спустился в Баязетскую долину. Двигавшаяся в авангарде 2-я Кубанская пластунская бригада 22 октября заняла без боя г. Баязет, 24 октября – г. Диадин, 25 октября – селение Ташлычайсуфла, а 27 октября весь отряд вышел к селению Каракилисы. До конца октября части Эриванского отряда заняли все долины (Баязетскую, Диадинскую и Алашкертскую) примыкавшие к российской границе. Всё это время сопротивление частям отряда генерала Абациева оказывали лишь курды (2-я и 3-я аширетные дивизии и 3-я аширетная кавалерийская бригада), а также пограничные и жандармские формирования. Лишь 14 ноября 1914 г., во время боя за сёла Ханык и Хамур (на битлисско-мушском направлении) полки 1-й бригады 66-й пех. дивизии столкнулись с частями 37-й турецкой пех. дивизии. Выбив противника из упомянутых селений, 261-й Ахульгинский и 262-й Грозненский пех. полки прекратили дальнейшее продвижение, и перешли к обороне{20}.
  В дальнейшем, до декабря 1914 г., все действия Эриванского отряда ограничивались лишь незначительными боевыми столкновениями.
  На Батумском направлении турки, несмотря на, казалось бы, полное превосходство на Чёрном море русского флота, сумели, в течение первой половины ноября 1914 г., скрытно произвести высадку в районе приморского города Хопа, 7-го и 8-го полков 3-й пех. дивизии I-го корпуса (из района Стамбула). Эти полки сразу перешли к активным действиям и, перейдя границу, 14 ноября 1914 г. овладели Дзансульским медеплавильным заводом в ущелье Мургульсу. При этом турки разгромили сборный отряд (8 рот из разных частей) под командованием полковника Лаврова{21}. Развивая свой успех, противник 18 ноября занял город Артвин, 20 ноября – город Ардануч, а 29 ноября – сел. Хуло, т.е. фактически вплотную подошёл к Батуми.
  В свою очередь русские войска, несмотря на прибытие сюда в конце ноября 1914 г. 15-го, 17-го и 18-го батальонов 3-й Кубанской бригады (ещё три батальона расположились в городе Ардаган) вели себя пассивно. Штаб Кавказской армии недовольный неумелыми действиями начальника Приморского отряда генерала Ельшина, заменил его генералом Ляховым. Однако и новому командиру отряда, в связи с переходом главных сил 3-й турецкой армии в наступление (Сарыкамышская операция) пришлось на время отказаться от активных действий{22}.
  В начале декабря 1914 г. центр событий вновь переместился на участок фронта Сарыкамышской группировки. Дело в том, что после прибытия в конце ноября 1914 г. в штаб 3-й турецкой армии (в Эрзерум) фактического главы государства – Энвер-паши, противник начал перегруппировку войск. Эти перемещения частей производились в соответствии с новым наступательным планом противника, разработанным турецким Генштабом и получившим кодовое обозначение – «Сарыкамыш». Суть плана заключалась в следующем: сковав на фронте одним из корпусов 3-й армии главные силы русских войск (Сарыкамышскую группировку), направить два других корпуса на правый фланг для проведения обходного манёвра в направлении на Сарыкамыш{23}. В случае успешного осуществления данного плана, намечалось выйти в глубокий тыл главных сил русской Кавказской армии.
  Фактически речь шла об окружении и разгроме ядра Кавказской армии, так как, отрезав 1-й Кавказский и 2-й Туркестанский корпуса от тыла, т.е. лишив их возможности получать подкрепления, боеприпасы и продовольствие, противник вынуждал их прорываться в северо-восточном направлении, бросив при этом большую часть раненных и артиллерии. Как верно подметил один из исследователей:
  «...Энвер-паше рисовался второй «Танненберг» с главными силами русских, прижатыми
[57]
к трещине р. Аракс»{24}. При этом необходимо отметить, что при всей грандиозности замысла, план таил в себе и скрытую опасность. Командир 9-го турецкого корпуса генерал Ахмед Февзи-паша, при разборе намечавшихся действий, высказал опасения следующим образом: «...Я того мнения, что 9-й и 10-й корпуса выполнят это обходное движении, отмеченное на карте, при условии совершения манёвра быстро и безопасно. Это важнейшее условие успеха. Однако я не представляю себе, чтобы в это время года и в том состоянии, в каком как мне известно находятся части, возможно было бы быстро выполнить этот манёвр в приграничных горах...»{25}. Однако эти доводы не повлияли на Энвер-пашу, который к тому же, отстранил от должности как командующего 3-й армией генерала Хасана Иззет-пашу, так и командиров 9-го и 10-го корпусов за отказ поддержать авантюристичный, по их мнению, план операции{26}.
  Первые сведения о начале турецкого наступления стали поступать в штаб Сарыкамышской группировки из Ольтинского отряда, начальник которого в телеграмме от 6 декабря 1914 года сообщал: «Сегодня шестого декабря в 12 часов дня началось наступление противника силою около батальона с пулемётами и конницей... Для обеспечения моего левого фланга приказал роте тенгинцев с двумя пулемётами и 4 армянской дружине занять утром седьмого декабря высоты на линии Норшинт – Кянзасор. Желательно содействие отряда из Маслагата наступлением в направление на гору Кузунчан и Партанус»{27}.
  Через два дня генерал Истомин предоставляет уже более точные данные: «...Показанием армянского перебежчика против меня действует 84-й полк, на помощь которому идут 83-й и 87-й полки с артиллерией... Сегодня получено от полковника Тетруева доставленное надёжным лазутчиком не проверенное сведение: восьмого декабря предполагается наступление турок количеством около 20 тысяч одновременно против Ид и Ардоса»{28}. Эта информация полностью подтвердилась и с утра 9 декабря 1914 г., Ольтинский отряд начал медленно отходить. Однако, несмотря на, в целом грамотные действия генерала Истомина, противнику удалось в этот день добиться крупного успеха. Арьергард Ольтинского отряда29 при отступлении из сел. Ид, был окружён в долине реки Ольты-чай (около сел. Нариман) частями 31-й турецкой пех. дивизии. Одна часть (около 750 человек) во главе с начальником авангарда полковником Кутателадзе сдалась в плен, а другая часть во главе с нерастерявшимся командиром 4-й армянской дружины Кери, вырвалась из окружения{30}. Утром 10 декабря 1914 г., остатки авангарда присоединились к главным силам Ольтинского отряда, и приняли участие в бою за селение Ольты, которое к полудню под давлением энергично наступавших турок было оставлено{31}.
  Серьёзность положения усугублялась тем обстоятельством, что командующий Сарыкамышской группировкой генерал Берхман, стремясь нейтрализовать осуществлявшийся турками манёвр на правом фланге руководимых им войск, принимает крайне рискованное решение. 10 декабря 1914 г., генерал Берхман сообщает в штаб Кавказской армии (в Тифлис) телеграммами №862 и №871 о действиях в районе Ольты 10-го турецкого корпуса и как следствие этого решении: «...для облегчения тяжёлого положения Ольтинского отряда решил перейти на главном фронте в решительное наступление всеми силами, атаковать турок на их фронте впереди с. Кеприкей, разбить их здесь, бросить часть войск в тыл наступающих на отряд генерала Истомина турецких войск...»{32}. То есть суть плана состояла в том, что бы выйти в тыл турецким дивизиям, теснившим Ольтинский отряд. Однако при осуществлении данного манёвра, генерал Берхман и его штаб допустили ряд грубых ошибок. Во-первых, неправильно были определены силы противника. На Ольтинском направлении действовал не один, а два (9-й и 10-й) турецких корпуса. Во-вторых, в телеграмме №871 речь идёт об оказании помощи Ольтинскому отряду.
[58]
  Получается, что генерал Берхман на тот момент не видел угрозы тылу Сарыкамышской группировки. В оправдание его действиям можно привести следующий факт. Один из исследователей, ссылаясь на мемуары офицера штаба 10-го турецкого корпуса, утверждает, что только 11 декабря 1914 г., Энвер-паша принял окончательное решение о наступлении на Сарыкамыш{33}.
  В штабе Кавказской армии положение наоборот признавалось крайне опасным. Для детального выяснения всех обстоятельств, 11 декабря 1914 г. в селении Меджингерт (штаб Сарыкамышской группировки) было проведено совещание{34}, на котором были приняты решения, важнейшими из которых являлись следующие:
  1. Во временное командование Сарыкамышской группировкой вступает генерал Мышлаевский;
  2. Новым командиром 2-го Туркестанского корпуса (в документах он обозначен как Сводный корпус) временно назначается начштаба генерал Юденич, от которого требовалось:«Задачу корпусу составляет продолжать развивать успехи достигнутые сегодня на направлении Партанус – Хопик и Карабаих – Чермуксу, имея целью разбить левый фланг турецкой армии и отрезать его от войск перешедших в наступление на Ольты»;
  3. Начальнику 1-го Кавказского корпуса генералу Берхману приказывалось:
  «Задача корпусу составляет энергичное преследование в указанном ранее направлении..., имея целью овладеть Кеприкейской позицией»{35}.
  Однако уже через несколько часов, генерал Мышлаевский отменяет приказ о продолжении наступления и требует от командиров корпусов вывести войска из боя. Это распоряжение он по телефону передаёт генералу Берхману вечером 11 декабря 1914 г., а затем и устно сообщает о нём и генералу Юденичу случайно оказавшемуся в Сарыкамыше{36}. Суть отданного приказа становиться, ясна из телеграммы №897 от 12 декабря 1914 г. направленной генералом Берхманом в штаб 2-го Туркестанского корпуса: «Генерал Мышлаевский поручил мне передать приказание об общем отходе войск из боя на ранее укрепленные нами позиции с целью их обороны. В этом числе указаны войска Туркестанского, вверенного Вам, корпуса, а ранее и части 20 дивизии, причём эти последние должны следовать прямо на Сарыкамыш...»{37}.
  Приказ о прекращении наступления и о переброски части войск к Сарыкамышу, генерал Мышлаевский отдал после того, как получил в 19 ч. 35 мин. 11 декабря 1914 г., телеграмму от начальника Бардусского отряда пограничной стражи подполковника Сукина о том, что: «...на пути к Еникею со стороны с. Чатах и перед с. Чилхароз (оба неподалеку от сел. Бардус – Авт.) 2-я конная сотня пограничной стражи наблюдает появление турецкой пехоты, которая там накапливается...»{38}. Таким образом, именно вечером 11 декабря 1914 г., командованию Кавказской армией стало ясно, что противник осуществляет многоходовую операцию, по окружению и разгрому главных сил Кавказской армии, важнейшим элементом которой является захват Сарыкамыша.
  Между тем в Сарыкамыше, практически не было армейских частей. К вечеру 11 декабря 1914 г., там находились только две ополченческие дружины, два эксплуатационных батальона, несколько стрелковых взводов из состава 2-го Туркестанского корпуса, 8 пулемётов 2-й Кубанской пластунской бригады, два лёгких орудия и ряд обозных частей. Кроме того, утром 12 декабря 1914 г., поездом из Тифлиса прибыли 120 молодых прапорщиков и возвращавшийся из отпуска, начальник штаба 2-й Кубанской пластунской бригады полковник Букретов. Именно ему, генерал Мышлаевский перед отъездом в Меджинкерт, поручил возглавить оборону Сарыкамыша{39}.
[59]
  Полковнику Букретову, пришлось действовать очень быстро. Во-первых, он распределил находившихся в Сарыкамыше прапорщиков по подчинённым ему частям, в целях придания им устойчивости и организованности. Во-вторых, он сразу же отправил часть сил, к Бардусскому перевалу (5 вёрст от Сарыкамыша), а вскоре и сам направился туда. 12 декабря 1914 г. он посылает начальнику гарнизона Сарыкамыша генерал-майору Воропанову40 донесение, в котором сообщает: «К 3 час. 15 мин. догнал колонну (1-й и 2-й эксплуатационные батальоны, две роты дружинников и несколько пулемётов – Авт.) на Бардусском перевале, где нашёл присоединившуюся конную сотню из пограничников, полусотню особой 10-й Кубанской сотни и 3-ю пешую сотню пограничников. Все они сегодня отступили к сел.Кизил-килиса так как турки (по их словам – 1-2 батальона, 4 пулемёта и около сотни кавалерии) двинулись мимо сел. Кизил- килиса по так называемой летней дороге...»{41}.
  Утром 13 декабря 1914 г., авангард 29-й турецкой пех. дивизии сбил отряд Букретова с Бардусского перевала и вынудил его отойти к Верхнему Сарыкамышу{42}. К полудня того же дня, несмотря на поддержку прибывшего утром батальона 18-го Туркестанского стр. полка (его направил к Сарыкамышу генерал Юденич) Букретову из-за огромных потерь (около 500 убитых, раненных и без вести пропавших) и угрозы окружения пришлось отступить в район железнодорожного вокзала. В этот критический момент боя, положение было спасено, благодаря внезапному появлению передовых сотен 1-го Запорожского казачьего полка, стремительно атаковавших 50-й полк 17-й пех. дивизии турок, теснившей части Букретова. Противник отошел, оставив при этом Верх. Сарыкамыш и больше в этот день не предпринимал, ни каких действий{43}.
  Для большей ясности всей обстановки в районе Сарыкамыша, необходимо отметить ещё несколько моментов:
  1. К вечеру 13 декабря 1914 г., в районе Сарыкамыша действовали только три (17-я, 28-я и 29-я) пех. дивизии, 9-го турецкого корпуса, потерявших по разным причинам более 50% личного состава;
  2. Части 10-го турецкого корпуса, в тот момент находились в 20 км от Сарыкамыша, причем связь между штабами корпусов отсутствовала. Дивизии данного корпуса, также понесли за время марша, огромные потери.
  3. Днём 13 декабря 1914 г., кавалерийский отряд турок (из состава 10-го корпуса) взорвал железнодорожное полотно между селениями Ново-Селим и Эль-Кечмез, захватив при этом санитарный поезд. В результате прямая железнодорожная связь с Карсом (60 вёрст от Сарыкамыша) была прервана{44}. Не задолго до этого, последним поездом из Карса в Сарыкамыш, успели прибыть 222-й запасной батальон и рота 219-го запасного батальона с 8 пулемётами{45}.
  К утру 14 декабря 1914 г., положение русских войск в районе Сарыкамыша значительно улучшилось. В течение ночи успели подойти три батальона 80-го Кабардинского пех. полка, командиру которого полковнику Барковскому, были переподчинены все части действовавшие в Сарыкамыше. Именно благодаря своевременному подходу кабардинцев, начавшая утром серия атак дивизий 9-го турецкого корпуса, привела лишь к частичному успеху. «К полудню атака турок захлебнулась, цепи залегли, заняв лишь три крайние сакли с. Верх. Сарыкамыш»{46}. Кроме того, высланные в этот день из Меджинкерта в Сарыкамыш шесть рот 15-го Туркестанского стр. полка, были направлены Барковским в обход хребта Чемурлыдаг, с задачей атаковать турок занимавших Бардусский перевал. То есть от пассивных действий (оборона), русские войска в районе Сарыкамыша, переходят и к активным действиям (контрнаступление).
[60]
  Однако, несмотря на значительное улучшение ситуации, генерал Мышлаевский, получив вечером 14 декабря 1914 г., данные о том, что севернее Сарыкамыша в районе селений Дивик и Чатах появились части ещё и 10-го турецкого корпуса, растерялся. «Несомненно, обстановка для него рисовалась крайне неблагоприятной – к ночи уже обнаружилось, что пять{47} турецких дивизий, лично предводимых Энвер-пашой, подходят к Сарыкамышу, а передовые части их уже отрезали железную дорогу на Карс»{48}. Исходя из этих данных, Мышлаевский, не располагавший информацией о состоянии войск противника, и по-видимому посчитав, что разгром главных сил Кавказской армии, это вопрос времени, принимает решение выехать в Тифлис. Вечером 14 декабря 1914 г., в присутствии высшего командного состава Сарыкамышской группировки, он продиктовал «директиву-соображения», общий смысл которой состоял из двух моментов:
  1. Организовать отступление в сторону Карса, для чего необходимо отбросить турок от Сарыкамыша;
  2. Генерал Берхман со свом штабом продолжает руководить действиями у Са- рыкамыша и пробивает дорогу на Карс, а генерал Юденич и его штаб руководят действиями на фронте и тыловыми учреждениями.
  Рано утром 15 декабря 1914 г., генерал Мышлаевский в сопровождении генерал-квартирмейстера Болховитинова покинул Меджинкерт и через Каракурт, Кагызман, Карс и Александрополь прибыл 18 декабря в Тифлис. В пути генерал Мышлаевский вызвал на станцию Алагез (16 декабря) командира 4-го Кавказского корпуса генерала Огановского и приказал ему отходить на приграничный горный хребет Агры-даг. Однако Огановский, на участке фронта которого, противник вёл себя пассивно и посчитавший, что отходом он усугубит и без того трудное положение Сарыкамышской группировки, не выполнил распоряжения Мышлаевского и в течении всего периода боёв оставался на занятых позициях{49}. Кроме того, Мышлаевский приказал начальнику Азербайджанского отряда, генералу Чернозубову немедленно отвести весь отряд к селению Джульфа. Генерал Чернозубов «...не вдаваясь в оценку степени спешности его, очистил без всякого давления со стороны турок Тавриз, Урмию и Дильман, которые вскоре были заняты небольшими частями турок»{50}.
  Кроме того, 16 декабря 1914 г., генерал Мышлаевский посылает в штаб 1-го Кавказского корпуса телеграмму, в которой приказывает: «В виду прорыва турок у Ново-Селима и создавшегося положения у Карса, предлагаю Вам (Берхману – Авт.) вступить в командование войсками первого Кавказского и Сводного корпусов. Совместно с генералом Юденичем, который остаётся при Вас, Вы должны разбить турок у Сарыкамыша и открыть себе выход на Карс...»{51}.
  Генерал Берхман, еще до получения телеграммы Мышлаевского начал планомерный отвод главных сил Кавказской армии к селениям Караурган – Меджинкерт «Новая позиция ставшая протяжение только 12 вёрст, позволила мне ещё более ослабить мой фронт и взять от него в Сарыкамыш ещё некоторые войсковые части. Занятием этих новых позиций, я в то же время в половину сократил и расстояние до них от Сарыкамыша, которое вместо 60-80-ти вёрст стало теперь только 30 вёрст»{52}.
  В районе Сарыкамыша, в течение 15 декабря 1914 г., обе стороны ограничились рядом коротких столкновений. К вечеру этого же дня, сюда подошла 1-я Кубанская пластунская бригада (5 батальонов с 40 пулемётами, 12 орудиями и 1 сотней конницы) совершившая труднейший восьмидесятикилометровый переход из района селения Юзверан. Командир этой бригады генерал Пржевальский, взял на себя общее руководство действия и провёл перегруппировку войск, усилив своими пластунами все сектора обороны.
  Подход 1-й Кубанской пластунской бригады, фактически стал переломным моментом в ходе боёв в районе Сарыкамыша. Отчаянные попытки противника в
[61]
течении 17-19 декабря 1914 г., изменить ситуацию в свою пользу, оказались безрезультатными. Более того, русское командование, осознавшее насколько важное значение для общего успеха операции, имеет Бардусский перевал, приложило максимум усилий для его захвата. Генерал Берхман в телеграмме №987 от 18 декабря 1914 г., адресованной генералу Пржевальскому, требует: «При отходе от Сарыкамыша для нас огромное значение имеет полное владение Бардусским перевалом и всем хребтом, идущим на Чатах. Ввиду изложенного прикажите Полковнику Букретову{53} решительной атакой захватить хребет сегодня же или не позже завтрашнего дня...»{54}. Однако, несмотря на категоричные требования командования, отряд Букретов не смог выполнить поставленные ему задачи. В донесении от 19 декабря 1914 г., Букретов объясняя причины неудач, отмечал: «Вчерашний день, 18 декабря, гнал людей на бой, а сегодня не желаем, пока не подойдут подкрепления. В ротах осталось по 70-80 человек, офицеры командуют 3-4 ротами... Люди изнурены, голодны. Как прикажите действовать дальше? Я сделал всё возможное. Обстановка не известна. Пулемётов нет, орудия не стреляют якобы за отсутствием целей. Держаться на позиции не в состоянии»{55}.
  Тем не менее, энергичные действия отряда Букретова, привели к тому, что наступавшие части 9-го турецкого корпуса, сами оказались полуокружёнными. В ночь на 18 декабря 1914 г., начальник штаба 9-го турецкого корпуса полковник Шериф-бей, трезво оценивавший всю сложившуюся обстановку, посоветовал Энвер-паше отправиться в 11-й корпус, сковывавший главные силы русских войск. После некоторых колебаний Энвер-паша согласился и 20 декабря 1914 г. с группой штабных офицеров отправился в сел. Хопик (штаб 11-го турецкого корпуса){56}.
  Пока происходили описываемые выше события, крайне опасная обстановка сложилась на участке Ольтинского отряда. Вследствие больших потерь и утраты контроля над ситуацией, со стороны командира отряда генерала Истомина, туркам удалось с минимальными потерями, продвинуться вглубь российской территории и 15 декабря 1914 г. занять город Ардаган57. Генерал Мышлаевский, учитывая опасность дальнейшего отхода и утрату боеспособности частей Ольтинского отряда, ещё 11 декабря, направил на усиление этого участка три полка 3-й Кавказской стрелковой бригады (6 батальонов и 4 орудия). 16 декабря 1914 г., части 3-й Кавказской стрелковой бригады, в ходе ожесточённого встречного боя в районе селения Мерденек, вынудили противника прекратить наступление и отступить. По имеющимся данным потери русских войск составили около 300 человек убитыми и ранеными, а турок только убитыми почти 900 человек{58}.
  Вечером того же дня, командир бригады генерал Габаев, получил приказ, вывести полки из боя и форсированным маршем, прибыть в Карс. Сдав занятые позиции частям Ольтинского отряда{59}, стрелки утром 17 декабря 1914 г., походным порядком направились к Карсу. Здесь генерал Габаев получил задачу сосредоточить к 20 декабря, два полка своей бригады (10-й и 11-й Кавказские стрелковые полки) в районе селения Ново-Селим, где в его подчинение должен был перейти отряд генерала Воронова{60}. Из района Ново-Селима, эти части должны были наступать в направлении селения Эмир-хана (20 км севернее Сарыкамыша) и далее на горный перевал Эшак-Мейдан с целью выйти в тыл 10-му турецкому корпусу{61}.
  Днём 19 декабря 1914 г., полковник Маслянников (заменил Букретова) возобновил наступление на Бардусский перевал. К этому времени, в его распоряжение поступил 154-й Дербентский пех. полк. Около 3-х часов дня 20 декабря 1914 г.,
[62]
Бардусский перевал был взят{62}. Таким образом, 9-й турецкий корпус лишился кратчайшего пути отступления. Более того, генерал Берхман, находившийся с 18 декабря 1914 г. в Сарыкамыше и как следствие ориентировавшийся в обстановке, пришёл к выводу, что энергичными действиями войск можно не только отбросить турецкие корпуса от Сарыкамыша, но и разгромить их. Для этого, с пассивного левофлангового участка Сарыкамышской группировки были оттянуты в район Амамлы – Али-Софи, части 1-й Кавказской казачьей дивизии (14 сотен с 6 пулемётами) и 2-й Кубанской пластунской бригады (5 батальонов), образовавших ударный отряд. Командиру данного отряда, генералу Баратову (начальник 1-й Кавказской казачьей дивизии) было поручено наступать против главных сил 10-го турецкого корпуса. Для большей эффективности действий, ему также были подчинены отряды генералов Габаева и Воронова. Завершив к утру 21 декабря 1914 г. сосредоточение отряда, генерал Баратов переходит к активным действиям. Одновременно перешли в наступление и части, руководимые генералом Пржевальским в районе Сарыкамыша. В телеграмме генерала Берхмана №1052 от 22 декабря 1914 г. адресованной командующего Кавказской армии, генерал-адъютанту Воронцову – Дашкову, приводятся следующие данные: «Безмерно счастлив от лица всех чинов вверенных мне войск горячо поздравить Ваше Сиятельство с большой и славной победой. Доношу: сегодня, 22 декабря, в 5 час. веч., решительно определилось полное поражение 9 и 10 турецких корпусов под Сарыкамышем. Командир 9-го корпуса Исхан-паша, 3 начальника дивизий – 17, 28 и 29 и 2 заместителя Начальников дивизий со своими штабами, более 100 офицеров и 1000 нижних чинов взяты в плен. Правый фланг турок – 9 корпус уничтожен бесследно, часть 10-го ещё пытается спастись через Эшак-Майдан, но на перерез им выдвинута конница, а преследуют их части 3-й стрелковой бригады и Гунибцы...»{63}. Ещё более впечатляющие данные содержаться в вечернем (9 час. веч.) донесении генерала Берхмана, от 23 декабря 1914 года, направленном в Тифлис: «За день выяснилось полное уничтожение 9-го корпуса. Он оставил в наших руках всех своих генералов, 200 слишком офицеров, около 6000 нижних чинов, уцелевших от 13000-го (по-видимому, опечатка – Авт.) корпуса, после многодневных боёв под Сарыкамышем. Отряд генерала Баратова горячо преследует отступающие в беспорядке части 10-го корпуса, стараясь перехватить их как можно глубже в тылу...»{64}.
  Таким образом 22–23 декабря 1914 г., наметился перелом в ходе Сарыкамышской операции, вследствие разгрома 9-го и начала отхода 10-го турецких корпусов.
  Практически одновременно, в штаб Сарыкамышской группировки русских войск, поступили и важные сведения из Ольтинского отряда. Командир отряда, генерал Истомин телеграммой от 22 декабря 1914 г., информировал начальство о том, что его части совместно с подошедшей Сибирская казачья бригада, захватили г. Ардаган, разгромив при этом 8-й полк 3-й турецкой пех. дивизии{65}. В последующем донесении генерала Истомина кульминационный момент боя описан следующим образом: «...В начале 18-го часа (21 декабря 1914 г. – Авт.), 1-й Сибирский казачий полк, обнаружив в тумане силуэт большой турецкой пехотной колонны, выходившей из Ардагана, стремительно атаковал её в развёрнутом строю. Несмотря на сильный огонь турок, конная атака была доведена до конца и почти вся колонна была уничтожена: на месте осталось около 500 трупов. Потери полка в этой конной атаке: 16 казаков убитых, 36 раненных и около 70 лошадей убитых и раненных»{66}. Пехота Истомина, ворвавшаяся в город через два часа с западной стороны, завершила разгром. Только в плен было взято около 900 человек{67}.
  Несмотря на успешные действия главных сил Кавказской армии, 23 декабря 1914 г., на имя генерала Берхмана, приходит телеграмма №3547 за подписью генерал-адъютанта Воронцова-Дашкова, в которой после перечисления заслуг, приказывается: «... на основании ст. 7 устава о Полевой Службы в командование Сарыкамышским отрядом вступить начальнику Полевого Штаба Армии генерал-лейтенанту Юденичу, как старшему в должности. Преследование вести энергично.
[63]
  Иметь в виду возможность перехода в наступление турок с фронта, для облегчения выхода из боя остатков 9-го и 10-го турецких корпусов»{68}.
  Вступив 25 декабря 1914 г., в командование Сарыкамышской группировкой{69}, генерал Юденич сосредоточил всё своё внимание на участке действия 11-го турецкого корпуса, предоставив генералу Баратову и подчинённым ему отрядам генералов Габаева и Воронова, полную самостоятельность в преследовании остатков 10-го турецкого корпуса.
  Начавшиеся после прибытия Энвер-паши в штаб 11-го турецкого корпуса, яростные атаки на позиции 2-го Туркестанского и 1-го Кавказского корпусов, привели 24 декабря 1914 г., лишь к частичному успеху на участке 14-го Туркестанского стрелкового полка. В этот день турки, наступавшие на селение Еникей захватили стратегически важную гору Геля, поставив под угрозу тыл и правый фланг 2-го Туркестанского корпуса. Полковник Масловский, исполнявший на тот момент обязанности начальника штаба 2-го Туркестанского корпуса, эти события описывает следующим образом: «...Атаки на этом направлении велись турками несколько дней, достигая наивысшего напряжения. Утомленные бойцы еле передвигались и с трудом отбивали атаки. Имевшую серьёзноё значение гору Геля, которую вначале мы принуждены, были оставить после стремительной атаки турок, решительно атаковал прибывший 153-й пех. Бакинский полк, и, несмотря на отчаянное сопротивление турок и сильные потери, энергичным ударом в штыки овладел ею, захватив два орудия и много пленных. Так же решительно были отброшены турки и на остальных участках фронта. В конце концов, напряжение атак турок постепенно начало ослабевать, а с 27-го декабря мы сами перешли в наступление против 11-го корпуса»{70}. Преследование отступавших частей 11-го турецкого корпуса продолжалось до 5 января 1915 г. и завершилось, когда главные силы Кавказской армии вышли к своим первоначальным позициям, по линии гора Коджут – селение Сонамер – селение Ардос – селение Царс – селение Юзверан.
  К этому же времени завершилось преследование остатков 9-го и 10-го турецких корпусов на правом фланге Кавказской армии. По подсчётам генерала Баратова общий результат преследования его отрядом с 23 декабря 1914 г. по 1 января 1915 г., выразился в захвате 5 тыс. пленных, 14 горных орудий и большого количества боеприпасов. Последний крупный успех Сарыкамышской операции сопутствовал частям отряда генерала Габаева, действовавшим на Ольтинском направлении. В районе селения Горнес, 30 декабря 1915 г., после внезапной ночной атаки, были пленены остатки 30-й пех. дивизии 10-го турецкого корпуса (170 офицеров и врачей, около 400 солдат, 3 орудия и 1 пулемёт) во главе с командиром, полковником Магомедом Фетхи-беем{71}.
  Для того чтобы оценить весь масштаб успеха русских войск, достаточно привести слова одного из турецких офицеров, следующим образом охарактеризовавшего общий итог: «... 9-й корпус перестал существовать. Также надо было вновь формировать 30-ю дивизию 10-го корпуса и 34-ю дивизию 11-го корпуса. Третья армия в этих боях потеряла 80 тысяч человек»72. В рядах армии к 10 января 1915 г. состояло лишь 12 400 человек{73}. Этот успех стоил больших потерь и частям Кавказской армии потерявших с 18 октября 1914 г. по 3 января 1915 г. убитыми, раненными, обмороженными и без вести пропавшими почти 35 тыс. человек{74}.
  Таким образом, вышеприведенные факты свидетельствуют о том, что успехи, достигнутые частями Кавказской отдельной армии под Сарыкамышем, явились результатом решительных и смелых действий целого ряда командиров, а не какой то отдельно взятой личности. Однако исторически так сложилось, что успехи или неудачи всегда связаны с конкретными персоналиями. Не стала исключением из этого правила и Сарыкамышская операция, единоличным триумфатором которой был объявлен генерал-лейтенант Н.Н. Юденич, получивший в награду орден Святого Георгия 4 степени. Лишь спустя почти два года, после расследования проведенного
[64]
специальной комиссией возглавляемой генералом Палицыным последовал приказ, частично восстановивший историческую правду:
  «Государь Император в 21-й день июля 1916 года Всемилостивейше соизволил пожаловать орден Св. Великомученика и Победоносца Георгия 4-й степени бывшему командиру 1-го Кавказского армейского корпуса, ныне состоящему в распоряжении Главнокомандующего Кавказской армией, генералу от инфантерии Георгию Берхману за то, что состоя начальником Сарыкамышской группы войск и получив весьма трудную и сложную задачу, остановить натиск турок на Карском направлении, выполнил эту задачу блестяще, проявив твёрдую решимость, личное мужество, спокойствие, хладнокровие и искусство вождения войск, при чём результатом всех распоряжений и мероприятий генерала от инфантерии Берхмана была обеспечена полная победа под гор. Сарыкамышем»{75}.
[65]
Примечания:

{1} См.: Масловский Е.В. Мировая война на Кавказском фронте 1914-1917 гг.: Стратегический очерк. Париж, 1933.
{2} См.: Корсун Н.Г. Сарыкамышская операция на Кавказском фронте мировой войны в 1914-1915 гг. М., 1941.
{3} См.: Ахаткин К.З. Сарыкамыш // Военный сборник. Кн.VI. 1925. Белград. С.107-128.
{4} См.: Генерал П.А. Томилов. Русский полководец // Часовой: Ил. воен. журн. – памятка. Париж. 1932. №62. С.13-22.
{5} См.: Никольский В.П. Сарыкамышская операция: 12–24 декабря ст.ст. 1914 года. София, 1933.
{6} См.: Сарыкамышская операция 12-24 декабря 1914 года (некоторые документы). Париж, 1934.
{7} Все даты в работе указаны по старому стилю.
{8} См.: Никольский В.П. Указ. соч. С.15.
{9} В документах данный район обозначен как «кеприкейские позиции».
{10} Левицкий Н.А. Бой под Сарыкамышем // Голосъ. 1929. №100. С.7.
{11} Guse F. Die Kaukasusfront im Weltkrieg bis zum Frieden von Brest. Leipzig, 1940. S.110.
{12} Два батальона 155-го Кубинского, два батальона 156-го Елизаветпольского и одного батальона 80-го Кабардинского пехотных полков.
{13} См.: Масловский Е.В. Указ.соч. С.54-55.
{14} См.: Guse F. Op.cit. S.113.
{15} РГВИА. Ф.601. Оп.1. Д.559. Л.30.
{16} См.: Корсун Н.Г. Указ.соч. С.17-18.
{17} См.: Larcher M. La guerre turque dans la guerre mondiale. Paris, 1926. P.73.
{18} См.: Масловский Е.В. Указ.соч. С.69.
{19} См.: Там же. С.58.
{20}См.: РГВИА. Ф.2873. Оп.1. Д.1. Л.17-19.
{21} См.: Там же. Ф.2000. Оп.1. Д.3784. Л.265-267. В результате боя 12 ноября 1914 г., противнику удалось окружить и взять в плен большую часть отряда (4 роты и 2 орудия во главе с командиром).
{22} См.: Масловский Е.В. Указ.соч. С.67.
{23} Данный населённый пункт не случайно был выбран турками в качестве важнейшей цели задуманной операции. Сарыкамыш являлся конечной станцией железной дороги, связывавшей главные сил Кавказской армии с тылом. Здесь находились провиантские, вещевые, артиллерийские склады и госпитали. К тому же именно через Сарыкамыш проходила самая удобная для передвижения крупных армейских частей, шоссейная дорога.
{24} Корсун Н.Г. Указ.соч. С.19.
{25} Цит. по: Корсун Н.Г. Указ.соч. С.21.
{26} См.: Там же. С.17.
{27} РГВИА. Ф.2294. Оп.1. Д.349. Л.476.
{28} Там же. Л.519об.
{29} Шесть рот из состава 77-го Тенгинского и 78-го Навагинского пех. полков, 4-я армянская дружина, 430 орудия и 2 пулемёта.
{30} См.: Korganoff G. La participation des Armeniens a la guerre mondiale sur le front du Caucase (1914-1918). Paris, P.71.
{31} См.: Корсун Н.Г. Указ.соч. С.34.
{32} РГВИА. Ф.2100. Оп.1. Д.934. Л.64об, 67.
{33} Корсун Н.Г. Указ.соч. С.51. По одному из вариантов намечался в зависимости от обстоятельств и более «короткий» обходной манёвр с выходом в район селения Кетек.
{34} На нём присутствовали помощник главнокомандующего Кавказской армией генерал-лейтенант Мышлаевский, начштаба генерал-лейтенант Юденич, командир 1-го Кавказского корпуса генерал-лейтенант Берхман, генерал-квартирмейстер генерал Болховитинов, командир 2-го Туркестанского корпуса генерал-майор Слюсаренко и ряд старших офицеров из штаба армии.
{35} РГВИА. Ф.2100. Оп.1. Д.912. Л.17-17об.
{36} См.: Масловский Е.В. Указ.соч. С.85.
{37} РГВИА. Ф.2292. Оп.1. Д.349. Л.511.
{38} Никольский В.П. Указ.соч. С.26.
{39} См.: Ахаткин К.З. Указ.соч. С.111-112.
{40} Несмотря на свой высокий чин, генерал Воропанов не являлся боевым офицером, и это обстоятельство побудило генерала Мышлаевского передать руководство обороной Сарыкамыша полковнику Букретову.
{41} Цит. по: Никольский В.П. Указ.соч. С.26.
{42} См.: Arif Baytin. Ilk Dünya harbinde Kafkas cephesi. 29 tümen ve alay sansaği (Hatiralar). Istambul. 1946. S.75–76. Автор – командир 29-й пех. дивизии, 9-го армейского корпуса.
{43} См.: Корсун Н.Г. Указ.соч. С.62-63.
{44} См.: Семина Х.Д. Трагедия русской армии Первой Великой Войны 1914-1918 г. Записки сестры милосердия Кавказского фронта. Нью-Мексико. 1963. Кн.I. С.143.
{45} См.: Корсун Н.Г. Указ.соч. С.63.
{46} Цит. по: Никольский В.П. Указ.соч. С.47.
{47} Одна из дивизий (32-я) 10-го турецкого корпуса, с 12 декабря 1914 г., находилась в районе селения Бардус (18 км от Сарыкамыша), прикрывая тыл 9-го турецкого корпуса.
{48} Цит. по: Никольский В.П. Указ.соч. С.30-31.
{49} См.: Корсун Н.Г. Указ.соч. С.77.
{50} Цит. по: Масловский Е.В. Указ.соч. С.101.
{51} Цит. по: Там же. С.104.
{52} Сарыкамышская операция 12-24 декабря 1914 года (некоторые документы). Париж, 1934. С.22.
{53} Отряд полковника Букретова представлявший собой фактически левый фланг войск действовавших в районе Сарыкамыша, состоял к вечеру 18 декабря 1914 г. из 6 полевых батальонов разных полков, двух эксплуатационных батальонов и 4 орудий.
{54} Цит. по: Никольский В.П. Указ.соч. С.60.
{55} Цит. по: Корсун Н.Г. Указ.соч. С.99.
{56}См.: Şerif bey Köprülü. Sarikamiş ihata manövresi. Istanbul., 1938. S.73. Автор – полковник в от- ставке, бывший начальник штаба 9-го армейского корпуса, 3-й турецкой армии.
{57} См.: Луншувейт Е.В. Турция в годы Первой мировой войны 1914-1918 гг. М., 1966. С.64.
{58} См.: Корсун Н.Г. Указ. соч. С.71. Потери противника, судя по всему, являются крайне завышенными.
{59} В составе Ольтинского отряда был оставлен один (9-й) полк 3-й Кавказской стрелковой бригады.
{60} Три батальона 263-го Гунибского пех. полка, батарея 66-й арт. бригады, полсотни казаков и 2 роты 196-й ополченческой дружины.
{61} См.: Корсун Н.Г. Сарыкамышская операция. С.100-101.
{62} См.: Никольский В.П. Указ.соч. С.65.
{63} Цит. по: Никольский В.П. Указ.соч. С.85.
{64} РГВИА. Ф.2000. Оп.1. Д.3862. Л.142.
{65} См.: Никольский В.П. Указ.соч. С.91.
{66} Там же.
{67} См.: Корсун Н.Г. Указ.соч. С.122.
{68} Сарыкамышская операция 12-24 декабря 1914 года (некоторые документы). Париж., 1934. С.5.
{69} См.: Масловский Е.В. Указ. соч. С.125.
{70} Цит. по: Масловский Е.В. Указ.соч. С.124.
{71} См.: РГВИА. Ф.2000. Оп.1. Д.3862. Л.148.
{72} Liman von Sanders. Fünf Jahre Türkei. Berlin, 1920. S.239-240.
{73} См.: Şerif bey Köprülü. Op.cit. S.121.
{74} См.: Масловский Е.В. Указ.соч. С.57, 126.
{75} Русский Инвалид. 1916 г. 10 августа. С.11.


Разработка и дизайн: Бахурин Юрий © 2009
Все права защищены. Копирование материалов сайта без разрешения администрации запрещено.
замена автомобильных стекол цена . оформление собственности алексеевская роща